ЛПНП 13 ммоль/л на кето — приговор или энергетический феномен? Что показало исследование KETO-CTA

Вы на кетогенной диете. Чувствуете себя отлично. Энергия стабильная, вес в норме, триглицериды низкие. А потом приходит анализ крови: ЛПНП — 8, 10, а то и 13 ммоль/л.

Врач говорит: немедленно прекращайте. Назначает статин. Или два.

Но что, если за этими цифрами стоит не патология, а принципиально другой метаболический режим? И что, если у нас теперь есть данные — не мнения блогеров, а результаты проспективного исследования с КТ-ангиографией — которые показывают, что эти люди не набирают бляшки быстрее контрольной группы?

Разберём по порядку.

Кто такие LMHR

В 2022 году Ник Норвитц (PhD Оксфорд, MD Гарвард) и Дэйв Фелдман (биоинженер, создатель проекта Cholesterol Code) описали фенотип, который назвали Lean Mass Hyper-Responder — LMHR.

Определение строгое. Это не просто «высокий холестерин на кето». Это триада:

• ЛПНП >= 5,2 ммоль/л (часто 8-13 ммоль/л)
• ЛПВП >= 2,1 ммоль/л
• Триглицериды <= 0,8 ммоль/л

Обратите внимание на два последних пункта. Высокий ЛПВП и низкие триглицериды — это маркеры, которые в классической кардиологии считаются защитными. А ЛПНП при этом — на уровне тяжёлой семейной гиперхолестеринемии.

Ключевой парадокс: LMHR — это не люди с ожирением и метаболическим синдромом. Это стройные, метаболически здоровые люди. ИМТ, как правило, ниже 25. Инсулин в норме. Глюкоза натощак — идеальная. Воспалительные маркеры — низкие.

Именно у них ЛПНП растёт сильнее всего. Чем стройнее человек, тем выше подъём. Обратная корреляция между ИМТ и ростом ЛПНП на кетогенной диете была подтверждена в нескольких когортах (Norwitz et al., Metabolites, 2022).

Липидно-энергетическая модель: почему это происходит

Классическая модель говорит: высокий ЛПНП = много холестерина в крови = атеросклероз. Но эта модель была создана в контексте западной диеты с высоким потреблением углеводов, у людей с инсулинорезистентностью и метаболическим синдромом.

Норвитц и Фелдман предложили альтернативное объяснение — липидно-энергетическую модель (Lipid Energy Model, LEM).

Суть модели:

1. Истощение гликогена. На кетогенной диете запасы гликогена в печени минимальны. Организм переключается на жировой метаболизм как основной источник энергии.

2. Увеличение экспорта ЛПОНП. Печень наращивает производство ЛПОНП (VLDL) — липопротеинов очень низкой плотности. Это не поломка. Это транспортная система: ЛПОНП доставляют триглицериды к мышцам и другим тканям.

3. Быстрый катаболизм ЛПОНП. Липопротеинлипаза (ЛПЛ) в тканях быстро расщепляет триглицериды из ЛПОНП. Именно поэтому триглицериды в крови низкие — они не задерживаются, а моментально утилизируются.

4. Накопление ЛПНП. Когда ЛПОНП теряет триглицериды, он превращается в ЛПНП. Чем больше ЛПОНП производится и чем быстрее утилизируются триглицериды — тем больше ЛПНП-частиц остаётся в крови.

5. Параллельный рост ЛПВП. По той же логике растёт и ЛПВП — он участвует в обратном транспорте холестерина и усиленно рециклируется.

Аналогия: представьте грузовой порт. ЛПОНП — это грузовики, везущие топливо (триглицериды). На обычной диете трафик умеренный. На кетогенной диете — топливо стало основным энергоносителем, трафик вырос в разы. Грузовики разгружаются быстро (низкие триглицериды), но пустые контейнеры (ЛПНП) накапливаются.

Вопрос: если это энергетический трафик, а не патология — вызывает ли он атеросклероз?

Эксперимент с печеньем Oreo: доказательство модели

Прежде чем перейти к главному исследованию, стоит вспомнить эксперимент, который Норвитц провёл на себе в 2023 году (Norwitz & Cromwell, Metabolites, 2024).

Исходная точка: ЛПНП 9,9 ммоль/л на строгом кето. Фенотип LMHR.

Фаза 1: 12 печений Oreo в день (100 г дополнительных углеводов) в течение 16 дней. При этом кетоз поддерживался с помощью экзогенных кетонов (d-бета-гидроксибутират).

Результат: ЛПНП упал до 2,9 ммоль/л. Снижение на 71%.

Фаза 2: после трёхмесячного вымывания — розувастатин 20 мг (высокоинтенсивная статинотерапия) в течение 6 недель.

Результат: ЛПНП снизился до 7,3 ммоль/л. Снижение на 33%.

Печенье снизило ЛПНП вдвое эффективнее мощного статина. Абсурд? Нет — предсказание липидно-энергетической модели. Углеводы восстановили гликоген, снизили потребность в липидном транспорте. Печень сократила производство ЛПОНП. ЛПНП упал.

Статин же блокирует синтез холестерина (ингибирует HMG-CoA-редуктазу), но не влияет на причину повышенного трафика. Поэтому эффект скромнее.

Это был эксперимент на одном человеке — кейс-стади. Он доказывал механизм, но не отвечал на главный вопрос: что с сосудами?

Исследование KETO-CTA: дизайн

Для ответа на этот вопрос потребовалось масштабное проспективное исследование. Его организовали Мэттью Будофф (кардиолог, специалист по визуализации коронарных артерий), Норвитц, Фелдман и команда. Результаты были опубликованы в JACC: Advances — рецензируемом журнале Американского кардиологического колледжа.

Дизайн:

• 100 участников с кетогенно-индуцированным ЛПНП >= 4,9 ммоль/л
• Критерии включения: ЛПВП >= 1,6 ммоль/л, триглицериды <= 0,9 ммоль/л (фенотип LMHR или near-LMHR)
• Средний ЛПНП участников: ~8,3 ммоль/л
• Средний ЛПВП: ~2,3 ммоль/л
• Средние триглицериды: ~0,6 ммоль/л
• КТ-ангиография коронарных артерий (CCTA) — золотой стандарт визуализации бляшек
• Контрольная группа: сопоставимая по возрасту и полу, но без кетогенной диеты и с обычным ЛПНП (~4,4 ммоль/л — то есть на 3,9 ммоль/л ниже)
• Наблюдение: 12 месяцев с повторной CCTA

Обратите внимание на масштаб. Это не блог-пост и не кейс. Сто человек, проспективное наблюдение, КТ-ангиография, контрольная группа, публикация в топовом кардиологическом журнале.

Результаты KETO-CTA: базовый срез (2024)

Первая часть результатов была опубликована в сентябре 2024 года (Budoff et al., JACC: Advances, 2024).

Коронарный кальций и бляшки на старте:

У людей с фенотипом LMHR — при ЛПНП в среднем на 3,9 ммоль/л выше, чем у контроля — объём коронарных бляшек и коронарного кальция был сопоставим с контрольной группой.

Нет. Не «немного выше». Не «статистически незначимо выше». Сопоставим.

При том, что разница в ЛПНП — почти 4 ммоль/л. Согласно классической липидной гипотезе, такая разница должна транслироваться в значительно больший объём бляшек.

Это не значит, что высокий ЛПНП безопасен для всех. Это значит, что в контексте LMHR-фенотипа — стройные, метаболически здоровые, высокий ЛПВП, низкие триглицериды — классическая модель не работает так, как ожидалось.

Лонгитюдные данные: бляшка предсказывает бляшку, ApoB — нет (2025)

В 2025 году были опубликованы лонгитюдные данные 12-месячного наблюдения (Soto-Mota, Norwitz et al., JACC: Advances, 2025). Статья с характерным названием: «Plaque Predicts Plaque, ApoB Does Not» — «Бляшка предсказывает бляшку, ApoB — нет».

Ключевые находки:

1. Прогрессирование бляшек. За 12 месяцев наблюдения у части участников бляшки прогрессировали. Но — и это принципиально — скорость прогрессирования не коррелировала с уровнем ApoB или ЛПНП.

2. Предиктор прогрессирования. Единственным значимым предиктором роста бляшек оказался исходный объём бляшек. Бляшка предсказывала бляшку. Не ApoB. Не ЛПНП.

3. ApoB не предсказывал прогрессирование. Это прямой удар по упрощённой модели «ApoB = атерогенный риск». У людей с LMHR-фенотипом ApoB повышен (как и ЛПНП). Но за 12 месяцев этот маркер не предсказывал, у кого бляшки будут расти.

Это не опровергает роль ApoB в атеросклерозе в целом. Но это показывает, что в специфическом метаболическом контексте — кетоз, стройность, низкие триглицериды, высокий ЛПВП — привычные маркеры ведут себя иначе.

Прогрессия бляшек: данные 2026 года

В январе 2026 года на medRxiv вышел препринт с первичными результатами по прогрессии коронарных бляшек (Budoff, Kinninger, Manubolu, Norwitz et al., medRxiv, 2026).

Задача: оценить годовое изменение объёма коронарных бляшек у 100 участников с LMHR/near-LMHR фенотипом при устойчиво повышенном ЛПНП.

Это те же 100 человек из KETO-CTA, прошедшие повторную КТ-ангиографию через 12 месяцев. Данные показали, что общий объём бляшек и кальцификация у участников с фенотипом LMHR не продемонстрировали ускоренной прогрессии по сравнению с тем, что ожидалось бы при таких уровнях ЛПНП.

Препринт пока не прошёл рецензирование. Но он стоит на фундаменте рецензированных данных из JACC: Advances.

Что это значит для метаболической модели

Совокупность данных выстраивается в последовательную картину:

Линия доказательств 1: Механизм. Липидно-энергетическая модель объясняет, почему ЛПНП растёт у стройных людей на кето. Это энергетический трафик, не нарушение липидного обмена в классическом понимании.

Линия доказательств 2: Эксперимент Oreo. Добавление углеводов снижает ЛПНП сильнее статина — что предсказано моделью и необъяснимо классической теорией.

Линия доказательств 3: Тиреоидные маркеры. Исследование Cooper et al. (Frontiers in Endocrinology, 2023) показало, что маркеры щитовидной железы и состав тела предсказывают рост ЛПНП на кето у здоровых женщин — в соответствии с липидно-энергетической моделью.

Линия доказательств 4: KETO-CTA — базовый срез. Бляшки сопоставимы с контролем, несмотря на ЛПНП выше на 3,9 ммоль/л.

Линия доказательств 5: KETO-CTA — лонгитюд. ApoB не предсказывает прогрессирование. Бляшка предсказывает бляшку.

Линия доказательств 6: Первичные данные по прогрессии. Ускоренного роста бляшек не обнаружено.

Шесть линий. Не одна.

Ограничения: что мы НЕ знаем

Принципиально важно не превращать эти данные в мантру «высокий ЛПНП безопасен».

1. Выборка. 100 человек — это немного. Для окончательных выводов нужны тысячи участников и годы наблюдения.

2. Срок наблюдения. 12 месяцев — это мало. Атеросклероз развивается десятилетиями. Возможно, через 5-10 лет картина изменится.

3. Некальцифицированные бляшки. У части участников KETO-CTA наблюдался рост мягких (некальцифицированных) бляшек. Это тревожный сигнал, который требует длительного наблюдения. Мягкие бляшки — нестабильные и потенциально более опасные, чем кальцифицированные.

4. Экстраполяция. Результаты применимы только к людям с полным LMHR-фенотипом: стройные, метаболически здоровые, высокий ЛПВП, низкие триглицериды. Если у вас высокий ЛПНП, но при этом ожирение, инсулинорезистентность и высокие триглицериды — это совершенно другая ситуация, и классические рекомендации остаются в силе.

5. Генетика. LMHR — это не семейная гиперхолестеринемия (СГ). При СГ рецепторы ЛПНП не работают, и высокий ЛПНП действительно атерогенен. Генетическое тестирование важно для дифференциации.

6. Препринт. Данные 2026 года — препринт, не рецензированная публикация. Это предварительные результаты.

Практические выводы

Если вы на кетогенной диете и видите высокий ЛПНП:

1. Определите фенотип. LMHR — это триада: ЛПНП >= 5,2 ммоль/л + ЛПВП >= 2,1 ммоль/л + триглицериды <= 0,8 ммоль/л. Если триглицериды высокие или ЛПВП низкий — это не LMHR.

2. Исключите СГ. Семейная гиперхолестеринемия — генетическое заболевание. Если ЛПНП был высоким до кето, если в семье ранние сердечно-сосудистые события — обратитесь к генетику.

3. Проверьте ApoB и Lp(a). Это маркеры, которые дают дополнительную информацию о профиле риска.

4. Рассмотрите визуализацию. КТ коронарных артерий (коронарный кальций или CCTA) — прямой способ оценить, есть ли бляшки. Это информативнее, чем любой липидный маркер.

5. Не экстраполируйте. Данные KETO-CTA применимы к конкретному фенотипу. Не ко всем людям с высоким ЛПНП.

6. Обсудите с врачом. Принесите исследования. Информированное решение — лучше, чем рефлекторное назначение статина.

Кто такой Ник Норвитц

Для тех, кто не знаком: Николас Норвитц — редкий случай исследователя, который одновременно является и учёным, и объектом собственных экспериментов.

• PhD по метаболизму мозга — Оксфорд
• MD — Гарвардская медицинская школа
• Более 40 рецензируемых публикаций к 30 годам
• Автор Substack «StayCurious Metabolism» (один из самых читаемых медицинских блогов)
• Сам практикует кетогенную диету и имеет фенотип LMHR

Это не гуру из Instagram. Это человек, который публикует данные в JACC, Cell Metabolism и Frontiers in Endocrinology, а затем объясняет их простым языком.

Итог

Фенотип LMHR — один из самых интригующих феноменов в современной метаболической медицине. Стройные, здоровые люди на кетогенной диете демонстрируют уровни ЛПНП, которые по всем учебникам должны означать катастрофу. Но КТ-ангиография не подтверждает ожидаемой катастрофы — по крайней мере, за 12 месяцев наблюдения.

Липидно-энергетическая модель предлагает объяснение: это не поломка, а усиленный энергетический трафик.

Это не повод игнорировать высокий ЛПНП. Это повод разбираться в контексте: какой у вас фенотип, какие сопутствующие маркеры, есть ли генетика, что показывает визуализация.

Наука движется. Данные накапливаются. И иногда они противоречат учебникам. Задача — не отмахиваться от данных и не впадать в эйфорию, а следить за доказательствами.

Подпишитесь на нас в MAX Новые статьи, разборы исследований и метаболические лайфхаки

→